Главная            О проекте            Карта сайта            Обновления            Ссылки
человеческая душа
Фантастика

Отключить Гаглиор – продолжение 19

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

После завершения очередной миссии рекомендуется небольшой период временной материи побыть в энергетической клетке, чтобы успокоиться, прийти в норму и перестроить своё мышление на иной лад, приемлемый в нашем мире. Я так и сделал, а затем покинул своё личное пространство, неторопливо выплыл из сине-серого объёмного каркаса и обозрел окружающую действительность. Вокруг царил абсолютный покой. Он был таким совершенным, что мне даже показалось, что именно в нём лениво парят субстанции, напитываясь чистейшей энергией. Я тоже проникся его умиротворённой силой, пристроился вблизи энергетической стены каркаса и подумал, что после глобального очищения наш мир стал ещё лучше. Но, вспомнив про очищение, тут же обозрел участок пространства, отведённый для новичков. Их стало заметно меньше, а мусаны кружили вокруг беспомощно тыкающихся субстанций уже более плотной группой. Отсюда следовало, что основная масса очищенных от всего лишнего посланцев уже побывала на Земле или выполняет очередную миссию. Может быть, теперь телесные существа станут немного лучше в нравственном плане? Хотя, следуя библейской мифологии, Бог давным-давно устроил Великий потоп, чтобы очистить землю от скверны. Но у Создателя ничего не получилось, а поэтому надеяться на кардинальные изменения людей может только безумец. Но зато в нашем мире энергия стала чище, а покой достиг абсолютного совершенства. Это, безусловно радовало, а радость всегда провоцирует двигательную активность. Поэтому моё нематериальное естество решило совершить небольшую экскурсию до Гаглиора, а по ходу дела заглянуть и в накопитель энергии.

Я лениво поплыл в пространстве в сторону громадного шара, доброжелательно здороваясь с попадающимися навстречу сущностями. Гаглиор величественно маячил впереди, переливаясь самыми разнообразным оттенками. Но вот оттенки поблекли, исчезли, а шар начал наливаться ярко-красным цветом. Наконец, краснота достигла пика, и в таком состоянии объёмный гигант побыл несколько мгновений временной материи. Затем яркий насыщенный цвет стал бледнеть, а когда совсем ослаб, то распался на отдельные фрагменты и растворился в других, выступивших на поверхности цветах.

Подобное я созерцал постоянно, но никогда не задумывался о причинах таких цветовых метаморфоз. А ведь действительно, почему Гаглиор постоянно меняет свою цветовую гамму? Данный вопрос чрезвычайно заинтересовал меня и вызвал самые разные предположения. Но они зиждились не на знаниях, а на догадках, и поэтому моё любопытство осталось неудовлетворённым. Но я не потерял надежды докопаться до истины, знать которую могли другие сущности, лениво парящие вокруг. Однако в нашем мире не принято спрашивать, так как считается, что мы до всего должны доходить сами в процессе познания и переосмысления. А вот что-то рассказывать и объяснять другим не возбраняется. Но рассказчик должен делиться информацией по собственной инициативе, а не отвечать на вопрос.

Моё нематериальное естество повисло в пространстве вблизи Гаглиора, а тот опять поменял цвета и стал местами синим, а местами жёлтым. Затем по шару пробежали волнами зелёные оттенки, что ещё больше возбудило моё любопытство. Но в своём стремлении познать загадки Гаглиора я оказался не одинок. Ко мне неторопливо приблизилась сущность, парящая до этого невдалеке. По всей видимости она заметила мой интерес к гигантскому шару и решила узнать, чем он конкретно вызван.

Выразившего желание познакомиться со мной посланца звали Юрон 6194. Он недавно закончил двенадцатую миссию и по меркам нашего мира считался пока ещё юной субстанцией. То же самое можно сказать и про меня. Но в данном случае подразумевается только количество миссий, но никак не интеллект. Я давно заметил, что некоторые юные сущности заметно превосходят умом бывалых коллег, осиливших несколько десятков миссий. Далее я возьму на себя смелость передавать информацию словами и фразами, а не сигналами. Однако сразу заявляю, что ни в коем случае не позволю себе злоупотреблять данным способом, хотя он мне чрезвычайно нравится. Я даже пойду дальше и честно признаюсь, что вначале хотел весь информационный пласт передать словами и фразами, но быстро осознал, что на вкус и цвет товарищей нет – так говорят земляне, и они абсолютно правы. Итак, я меняю способ подачи информации.

– Тебя что-то заинтересовало в Гаглиоре: ты с таким интересом обозреваешь его? – поинтересовался Юрон 6194.

– Смена цветов, – лаконично ответил я.

– Красивое зрелище! Но это не шоу, как говорят на Земле. Именно через цвета мы можем осознавать те кардинальные изменения, которые происходят с человеческой цивилизацией.

– Да! – удивился я.

– Видишь ли, Гаглиор способен создавать необозримое множество частотных характеристик, а поэтому каждый сигнал, идущий от него на Землю, выполняет определённые функции. И каждая такая функция имеет свой цвет и оттенок.

– Но ведь главная задача гигантского шара заключается в поддержании субстанций в рабочем состоянии. Они воздействуют на мозг, а тот генерирует мысли.

– Всё правильно, но дело в том, что Гаглиор воздействует на субстанции особым способом. Он может заставить их работать в определённом режиме, и тогда огромная масса людей начнёт думать примерно одинаково.

– То есть ты хочешь сказать, что именно благодаря Гаглиору создаются пассионарные толчки! – воскликнул я, озарённый догадкой.

– Точно. Меня уже давно поражает наивность людей, а особенно тех, кто занимается наукой. Убелённые сединами учёные ищут ответы в материальном мире и не хотят понимать, что помимо материального существует ещё и тонкий или нематериальный мир. Ярким тому примером является пассионарность. Как можно искренне считать, что пассионарные толчки напрямую зависят от космоса! Он материален и бездушен, а поэтому изначально не способен воздействовать на умственную деятельность людей. Нет, ему по силам послать какие-нибудь частицы или волны, которые необратимо разрушат мозговое вещество. Но оно ведь тоже материально. А вот мысли, чувства, душевные порывы миллионов людей может направить в одно русло только Гаглиор. Помимо этого, он заставляет разные народы думать по-своему, то есть формирует менталитет: своё мироощущение и восприятие окружающей действительности. Отсюда и разная цветовая гамма, ведь каждый народ получает свои сигналы со строго индивидуальными частотными характеристиками.

– Потрясающе! – не удержался я от восторженного восклицания, а точнее, от восторженного сигнала. – Но откуда ты всё это знаешь?

– От других сущностей. В определённые моменты временной материи они точно так же просветили меня, как теперь я просвещаю тебя. А им кто-то тоже когда-то объяснил эту тайну.

– Всё так сложно – я бы сам до этого никогда не додумался, – искренне сообщил я Юрону 6194.

– Сложно? Наоборот, всё чрезвычайно просто. Земляне в таких случаях говорят: «Просто, как всё великое».

– А что означает ярко-красный цвет? Совсем недавно вся поверхность шара налилась им, а затем на смену пришли другие цвета и оттенки.

– Красный цвет означает тотальную агрессию и предрасположенность к военным действиям. Но Гаглиор редко доводит мир до глобальных катастроф. В данном случае массовый психоз быстро спал, но при этом выделилось огромное количество энергии. Она, как ты прекрасно понимаешь, необходима нашему миру, - пояснил мой новый знакомый.

– То есть поступление жизненной силы уменьшилось, и Гаглиор быстро пополнил энергетические запасы именно таким способом? – уточнил я.

– Абсолютно верно. У меня создалось впечатление, что ты – очень умный посланец, так как хватаешь всё на лету, как говорят земляне, – польстил мне Юрон 6194.

– Спасибо, но на мой взгляд твоя оценка завышена. Я такой же посланец, как и все другие. Просто стараюсь узнавать как можно больше в соответствии с установкой на познание и переосмысливание.

– Может тебя ещё что-то интересует? – поинтересовался мой новый знакомый.

– Ты мне поведал много нового, и этого вполне достаточно, – вежливо ответил я, помня, что нужно больше познавать самостоятельно, а не спрашивать у других.

На этом я прекращаю преобразовывать сигналы в слова и фразы и перехожу к привычному способу подачи информации. Очень надеюсь, что вышеприведённый диалог ни в коей мере не показался утомительным и не породил такие чувства как раздражение и недовольство.

Я вежливо простился с Юроном 6194, и тот медленно поплыл в пространстве, видимо ища других слушателей. Вокруг присутствовало большое количество субстанций. Они парили повсюду, напитываясь чистейшей энергией. А поэтому обнаружить очередного посланца, желающего приобщиться к умному общению, не представляло большого труда. Что же касается меня, то я не очень-то люблю делиться вселенскими знаниями со своими коллегами. Это проистекает не от эгоизма, а от моей внутренней установки. Она гласит, что своё нужно хранить в себе, а не раздаривать направо и налево. Да и потом, найти благодарного слушателя очень сложно. Каждый сам старается изрекать, а не воспринимать чужую информацию. Говорливость субстанций и их самолюбование в полной мере отражаются на людях. Они тоже не умеют слушать других, зато свои бредовые идеи выдают за истину в последней инстанции. Комизм данной ситуации заключается в том, что все эти идеи ничего не стоят, так как представляют собой всего лишь набор мыслей, попадающий в головы телесных существ по воле Гаглиора.

♦ ♦ ♦

Разобравшись с цветовой гаммой гениального творения Высшего разума, я медленно поплыл в сторону накопителя энергии. Его огромный зев величественно возвышался в пространстве и постоянно притягивал к себе несчётное количество риузанов. Они роились возле зева, как пчёлы возле улья, если провести аналогию с Землёй. Неустанные трудяги несли в наш мир энергию, вырабатываемую человечеством, которое существует на голубой планете последние двести тысяч земных лет. Стоп! А где наш мир брал энергию до этого? Не у динозавров же риузаны забирали живительную силу. Отсюда можно предположить, что на Земле в глубокой древности жили какие-то другие разумные существа. Вот вопрос так вопрос! На него не сможет ответить ни один самый зрелый и бывалый посланец. Сто миссий вмещают в себя не более четырёх – пяти тысяч земных лет. Это смешной период временной материи. Но может быть, наш мир и сам существует не более двухсот тысяч земных лет. Тогда получается, что Гаглиор совсем молодой. А что было до него? Вопросы накапливались комом, но ответов на них я не знал. В конце концов, мне пришлось смириться со своим неведением и лишний раз осознать, как ничтожно малы мои познания, касающиеся земного и внеземного бытия.

Мучащие меня вопросы я попытался задать в завуалированной форме другим субстанциям, лениво парящим в пространстве. Однако быстро убедился в их полной некомпетентности и нежелании докопаться до сути. Ни у одной из них не вызывало интереса безвозвратно канувшее в вечность далёкое прошлое. Лишь один посланец, вступивший со мной в диалог, начал пространственное рассуждать о древних цивилизациях, неизвестных современному человечеству. Но подаваемая им информация очень сильно напоминала фантазию, не имеющую ничего общего с истиной.

Пока моё нематериальное естество абсолютно непродуктивно билось над неразрешимыми загадками, с Земли вернулась очередная группа посланцев. Прибывшие тут же устремились к каркасу с энергетическими клетками, и я подумал, что после глобального очищения уже не осталось субстанций, исчерпавших свои миссии. Но нет, в пространстве обречённо повисло восемь сущностей, которые уже никуда не спешили. Их тут же окружили мальти и начали проводить обычную процедуру трансформации. Вначале они стёрли память пяти нашим коллегам, и тех тут же забрали мусаны в зону для новичков. Оставшихся трёх ждал Низший мир, и они, как мне показалось вначале, смирились с уготованной жуткой судьбой. Однако я несколько ошибся в своих предположениях. Одну сущность одолел бунтарский дух. Она вдруг стремительно рванулась в сторону, что стало полной неожиданностью для нашего мира, наполненного совершенным покоем. Бунтарь помчался к бесцветной пустоте, неизвестно на что надеясь. Он достиг намеченной цели, но загадочное эфирное творение не разошлось перед ним. Наоборот, оно уплотнилось и отбросило бунтаря назад. Тот повторил попытку, но результат оказался тем же. Пустота не захотела принимать в себя посланца, пытавшегося по собственной инициативе проникнуть в неё.

Взбунтовавшаяся сущность отчаянно заметалась в пространстве, а за её паническими потугами наблюдал весь наш мир. Но никто не выказывал ни сочувствия, ни осуждения. Я бы охарактеризовал всеобщее состояние как бесстрастное. Каждый сгусток мыслительной энергии закрылся в своём мирке и с абсолютным равнодушием созерцал трагедию своего коллеги. А тот уже достиг противоположной стороны пространства и попытался там проникнуть в пустоту. Но у него вновь ничего не получилось. И тут появились рамены. Пять гвардейцев выступили из эфирного творения и устремились к нарушившей всеобщий порядок субстанции. Они легко догнали её, окружили со всех сторон и, завертевшись в бешеном вихре, превратились в одну сплошную широкую светлую полосу. Этот вихрь продолжался несколько мгновений временной материи. Затем светлая полоса резко остановилась и поднялась вверх. Она тут же распалась на пять светлых объёмных образований, а виновник всеобщего переполоха остался на месте. Но он потерял свой привычный светло-серый вид. Вместо него миллионы и миллионы субстанций узрели небольшой чёрный шар. Он стремительно полетел вниз к пустоте. Та разошлась, и открылась чёрная дыра. Шар исчез в ней, а пустота тут же сомкнулась над чёрной дырой, и наш мир принял обычный умиротворённый вид, наполненный чистейшей энергией и абсолютным покоем.

♦ ♦ ♦

Мой отдых заканчивался. Я уже до краёв напитался жизненной силой и наступала пора пятой миссии. Мне очень хотелось выполнить её в соответствии с теми установками, которые я осознал и переосмыслил, то есть руководствоваться сознанием и не обращать внимания на мысли. Но получится ли такое у телесного существа, в котором я буду пребывать определённое количество земных лет? Ведь по сути ему придётся отключить Гаглиор у себя в голове, если называть вещи своими именами. Однако в случае успеха жизнь человека превратится в сплошное счастье. Он уже не будет зависеть от зависти, корысти, ненависти и других негативных качеств, которые являются продолжением мыслей и отравляют земное существование. Телесное существо будет руководствоваться только сознанием, а оно заметно усилится, так как очищенный от мыслей мозг получит доступ к вселенским знаниям и обретёт интуицию.

Размышляя над этим, я парил возле каркаса с энергетическими клетками и полностью отрешился от окружающего мира. К действительности меня вернул настойчивый сигнал, известивший о том, что очередная миссия началась. Следуя сигналу, моё нематериальное естество тут же устремилось к пустоте. Та податливо расступилась и создала узкий тоннель. Промчавшись через него, я вырвался в небесную синь материального мира. Быстро сориентировавшись, понял, что нахожусь над Антарктидой. Внизу, до самого горизонта, простиралась ледяная пустыня. Вот послали, так послали – спасибо! Тут даже белые медведи не живут, что уж говорить про представляющие для меня интерес объекты. Но стоит ли обижаться на эфирную пустоту? Она отправляет посланцев на Землю абсолютно произвольно. Я мог оказаться и над сибирской тайгой, и над Сахарой, и над Северным полюсом. А Антарктида ничуть не хуже других мест. Моё нематериальное естество быстро определило точное местонахождение – Западная Антарктида, земля Мэри Бэрд. Отлично, ведь от неё рукой подать до Антарктического полуострова. На нём находится целая куча исследовательских станций, и можно допустить, что в одной из них я найду нужный мне объект. Не надо также забывать, что полуостров регулярно посещают туристические суда. Это тоже вариант, а если ничего не получится, то весь земной шар лежит передо мной.

Я стремительно полетел в северо-восточном направлении, пересёк землю Элсуэрта и оказался над ледяной коркой моря Беллинсгаузена. Не меняя направления, продолжил движение, но сильно углубился в воды Южного океана. Поэтому резко поменял курс на девяносто градусов, и вскоре передо мной возник небольшой остров. Прямо на берегу я обнаружил нагромождение деревянных домов. Но моё внимание привлекли не они. Правее построек в прибрежной полосе находилась колония пингвинов. Чёрно-белые тела этих птиц контрастно выделялись на серой гальке, а ещё более контрастно смотрелись оранжевые куртки двух телесных существ. Они непринуждённо гуляли среди коренных обитателей Антарктики, но главное заключалось в том, что эти люди принадлежали к женскому полу. Вот уж действительно не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь, как говорят земляне.

Мой сгусток мыслительной энергии приблизился к женщинам и быстро проверил их. Они не оказались носителями зарождающейся жизни, но меня это ничуть не расстроило: раз есть эти представители женского пола, то найдутся и другие. Искать следовало в домах, возвышающихся слева, и я метнулся к строениям, почему-то подсознательно надеясь на успех.

Попав в помещения, сразу же выяснил, что оказался на научно-исследовательской станции Палмер на острове Анверс, расположенном совсем рядом с Антарктическим полуостровом. Работали здесь четыре десятка человек, причём треть из них составляли женщины. Слабый пол специализировался на морской биологии, и я добросовестно обследовал всех прекрасных созданий, но объект не нашёл. Однако в глубинах моего нематериального естества сидела уверенность, что именно на Анверсе появится носитель. Не знаю, откуда проистекала такая убеждённость, но я решил не покидать это уютное местечко ближайшие пять земных часов. Больше ждать не имело смысла, так как возникал риск вместо носителя встретить наво.

Временная материя начала свой отсчёт, а я взмыл в воздух, оставив внизу тёмно-зелёные дома, и завис в пространстве на высоте десяти земных метров над твердью. Прошёл один земной час, второй, третий, и мне постепенно начало казаться, что я что-то напутал в своей убеждённости. Но тут в небесной синеве показался вертолёт. Видимо воздушное судно летело с другой антарктической станции и, вполне возможно, везло в своём железном чреве пассажиров. Мне не терпелось узнать, кто находится в вертолёте, а поэтому я устремился навстречу и просочился внутрь. Там на пассажирских местах сидели двое мужчин и одна женщина. Сильный пол меня не интересовал, а вот слабый отвечал всем параметрам. Даме два месяца назад исполнилось двадцать шесть лет, и я проверил её на наличие зарождающейся жизни. К своей величайшей радости понял, что нашёл объект.

Пассажиры изредка перебрасывались фразами на английском, и, по всей видимости, входили в штат станции Палмер. Впрочем, это не имело никакого значения. Моё нематериальное естество крутанулось вокруг молодой женщины, а та безо всякого интереса глядела в иллюминатор. По всей видимости зрелище за бортом ей уже давно приелось и не вызывало ничего, кроме равнодушия.

Я занял наиболее удобную позицию перед телом женщины, а та пошевелилась и поменяла позу. Мой сгусток мыслительной энергии сместился чуть вправо и начал медленно приближаться к сотруднице антарктической станции. Небольшой рывок, и тут же неведомая сила схватила меня, сжала как будто железными тисками и повлекла вперёд. Единственное, о чём я успел подумать, так это о том, что очередная миссия благополучно началась. Затем всё завертелось в бешеном круговороте, и наступило безмятежное глубокое забвение.

Автор: Пётр Шакин

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12
13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23