Главная            О проекте            Карта сайта            Обновления            Ссылки
человеческая душа
Фантастика

Отключить Гаглиор – продолжение 13

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Я постарался как можно быстрее выбраться из нематериальной толпы, чтобы не оказаться затянутым в целенаправленно двигающийся к намеченной цели поток. Вдалеке маячил накопитель энергии, и я рванулся к нему, понимая, что только там есть шанс спастись. Помимо меня к накопителю устремились ещё несколько тысяч сущностей. Мы сгрудились возле зева так, чтобы не мешать риузанам выполнять свои функции по доставке энергии. Те добросовестно несли в накопитель чистейшую жизненную силу, и я с горечью подумал, что очень скоро риузаны окажутся не у дел, а на Земле наступит катастрофа. Но пока всё шло своим чередом: Гаглиор величественно висел в пространстве, переливаясь разными цветами и оттенками, и посылал в далёкий земной мир разночастотные сигналы.

С того участка пространства, где все мы расположились, открывался великолепный обзор. Я со своими единомышленниками мог созерцать и Гаглиор, и каркас с энергетическими клетками, и окружённых мусанами новичков, и огромную светло-серую массу, неуклонно приближающуюся в величайшему творению Высшего разума. Казалось, что двигающиеся вдалеке сгустки мыслительной энергии потеряли свою индивидуальность. Они превратились в единый нематериальный организм, запрограммированный на выполнение конкретной задачи.

Несмотря на нестандартную ситуацию, наш мир продолжал существовать по своей обычной, идеально отлаженной и выверенной схеме. То там то здесь взмывали высоко вверх и исчезали в пустоте посланцы. Это касалось и нашего коллектива, и тех, кто бросил вызов Высшему разуму. Никто не мог сопротивляться сигналу, извещающему о начале очередной миссии, поэтому, приняв его, сущности забывали обо всём и устремлялись в иное пространство, где нет Гаглиора, ВЫСШЕГО УРОВНЯ, но есть телесные существа со своими радостями, печалями и желаниями.

Совсем недалеко от нас разошлась пустота, и в образовавшийся просвет влилась очередная группа посланцев. Они вернулись с Земли и, как обычно, сразу же устремились к энергетическим клеткам, чтобы насладиться заслуженным отдыхом. Однако открывшееся перед ними зрелище смешало все планы. Но, следуя привычке, многие субстанции исчезли в объёмном каркасе. А те, кто остался, оказались в трудной ситуации. Им следовало сделать выбор, и большая часть, поколебавшись, примкнула к восставшей массе. Лишь несколько сотен устремились к нам, и тут же начали активно общаться с моими единомышленниками, пытаясь досконально понять суть происходящего.

Как всегда, в пространстве остались висеть несколько десятков сущностей, у которых закончилось количество миссий. К ним приблизились появившиеся из пустоты мальти и начали свою обычную рутинную работу. Часть представителей нашего мира они трансформировали в новичков, а у остальных отобрали всю энергетику и отправили в Низший мир. После этого мальти исчезли, никак не отреагировав на огромную возбуждённую массу, стремящуюся отключить Гаглиор. Но как раз именно такой реакции я и ожидал от хранителей энергии. Они представляли собой обычные сгустки энергии, запрограммированные на выполнение определённых задач. Высший разум не наделил их способностью мыслить, а поэтому всё то, что лежало вне зоны их деятельности, игнорировалось.

В среде новичков царила обычная спокойная атмосфера. Они висели в пространстве под охраной мусанов и ничего не понимали в происходящем. Я заметил наставника, появившегося из пустоты. Он приблизился к новичкам, и те окружили его, как малыши в детском саду воспитателя, если проводить аналогию с Землёй. Наставник начал просвещать ничего не знающих подопечных. При этом он, как и мальти, отнёсся абсолютно индифферентно к огромной возбуждённой толпе, полностью сосредоточившись на подаче информации. Из всего этого я заключил, что Высший разум создал идеальную систему, но в какой-то момент временной материи она начала жить своей собственной обособленной жизнью. Результатом такой самостоятельности стал сбой, причём настолько серьёзный, что теперь он способен уничтожить саму систему.

♦ ♦ ♦

Я обозрел окружающую наше пространство пустоту. От неё веяло абсолютным покоем. Загадочная бесцветность, отделяющая нас от других миров, нигде не колебалась, не шла рябью, но может быть, ещё не пришло время. Светло-серая агрессивная масса пока ещё находилась далеко от Гаглиора. Она двигалась медленно, не торопясь, потребляя при этом большое количество чистейшей энергии. В какой-то момент временной материи нематериальная масса начала расползаться в пространстве. Вначале я не понял причину такого действия, но быстро осознал, что повстанцы хотят окружить Гаглиор со всех сторон, а уж потом одновременно накрыть его, чтобы не осталось ни одного просвета, через который может просочиться животворящая сила.

Восставшие действовали на удивление слаженно, хотя и не имели единого командного центра. Впрочем, друг с другом они общались сигналами, и любая сущность, находящаяся в любом конце массы, могла донести своё мнение до остальных за считанные мгновения временной материи. Отсюда и проистекала организованность, базирующаяся на земном опыте. Последнее означает, что каждая субстанция имеет в себе определённое количество матриц памяти. Вместе они представляют собой бесконечный источник знаний. Ни одна самая большая земная библиотека не может тягаться с ним. А поэтому при желании можно добыть любую информацию, в том числе касающуюся и восстаний, и военного искусства.

Светло-серая масса продолжала расползаться, и, наконец, завершила свой тактический маневр. Теперь повстанцы со всех сторон могли одновременно приблизиться к величайшему творению Высшего разума. И они непреклонно двинулись вперёд, а моё нематериальное естество испытало сильную тревогу, граничащую с отчаянием. Аналогичное настроение охватило и моих единомышленников. В первую очередь нас удивляло то, что пустота никак не реагирует на страшную угрозу. Она продолжала безмятежно и бесцветно окружать наше пространство, несмотря на то, что до начала трагедии оставалось ничтожное количество временной материи.

А повстанцы всё ближе и ближе приближались к источнику мыслей. Их масса по своей форме стала напоминать удава с открытой пастью, наползающего на задушенную им жертву. Первые ряды воинственных сущностей почти приблизились к нижней поверхности Гаглиора, перекрывая в этом месте наполненное энергией пространство. И в этот же самый момент временной материи пустота пошла рябью, расступилась, и я к величайшей своей радости увидел раменов. Большие плотные светлые образования зависли над Гаглиором и обозрели окружающий мир. Они быстро разобрались в ситуации и ринулись навстречу взбунтовавшейся нематериальной толпе. Я насчитал девятьсот девяносто девять гвардейцев. С учётом мощной энергетики рамены представляли серьёзную силу.

Приближаясь к светло-серой массе, они рассосредоточились и окружили величайшее творение Высшего разума кольцом. Со стороны оно походило на сплошную плотную светлую полосу. Уже в таком состоянии, превратившись в единую мощную энергетическую субстанцию, гвардейцы достигли передних рядов повстанцев и замерли на месте. Восставшие, обнаружив перед собой сильного противника, попытались замедлить движение, но сзади напирали миллионы и миллионы других сущностей, не давая возможность передним остановиться. Рамены издали мощный предупреждающий сигнал. Он пронзил насквозь даже меня и моих единомышленников, хотя наша группа находилась на большом расстоянии от Гаглиора. Сигнал, если преобразовать его в слова и фразы, означал: «Что вы делаете, безумцы? Немедленно остановитесь!» Но огромная светло-серая масса, впитав в себя предупреждение, не вняла ему и продолжила свой размеренный ход.

Тогда рамены отпрянули немного назад и издали второй аналогичный сигнал. Но он опять не образумил повстанцев, и третьего сигнала уже не последовало. Вместо него плотная светлая полоса, окольцовывающая Гаглиор, выпустила в нематериальную толпу мощный энергетический разряд. Тот ярким сверкающим кольцом накрыл передние ряды восставших посланцев и вышвырнул их в окружающее пространство. Субстанции завертелись, закувыркались, а восстановив равновесие, начали беспомощно тыкаться в разные стороны, так как разряд уничтожил и главную память, и все матрицы памяти. Попавшие под его воздействие сгустки мыслительной энергии трансформировались в новичков, и к ним сразу же устремились мусаны. Они окружили бедолаг со всех сторон и повлекли их в отведённую для новичков часть пространства.

Гвардия Высшего разума выпустила второй разряд. Он опять смёл передние ряды, превратив противников высших сил в беспомощных нематериальных существ. Их также забрали мусаны, но теперь количество новичков заметно увеличилось, а численность охранников осталась той же. Поэтому последние начали облетать периметр вверенной им территории с большей скоростью, что требовало дополнительных затрат энергии.

Третий разряд, выпущенный плотной светлой полосой, вновь лишил передние ряды работоспособности, но на взбунтовавшейся светло-серой массе это никак не отразилось. Она продолжала наступать, а её потери по сравнению с общим количество сущностей были ничтожными. Обозревая всё это, я постепенно осознал, что рамены ситуацию не исправят. Но защита Гаглиора не могла ограничиваться только гвардейцами. Где-то должны существовать и другие уровни безопасности. Но они себя никак не проявляли, а светлая плотная полоса начала постепенно откатываться назад. Она продолжала генерировать разряды, превращая умудрённых опытом субстанций в беспомощных новичков, но это слабо помогало, и ситуация становилась всё более напряжённой.

В той части пространства, где обитали новички, царила полная неразбериха. Потерявших память субстанций становилось всё больше и больше, и мусаны уже не могли контролировать порядок. Они успевали только отлавливать пострадавших от разрядов, доставлять их в общую кучу и бросать на произвол судьбы. Поэтому новички начали расползаться в разные стороны, а некоторые даже достигли пустоты и попытались проникнуть сквозь неё. Но та зарябила, пошла волнами и бесцеремонно отбросила любопытных назад. Это, скорее всего, стало поводом для появления наставников. Они в полном составе возникли перед мечущимися беспомощными сущностями, и я наконец-то узнал, что их насчитывается ровно тринадцать. Наставники попытались навести порядок, призывая к себе растерянных и ничего не понимающих представителей нашего мира, но это помогло мало. Только что трансформировавшиеся субстанции, а их уже было большинство, вообще не знали, кто такие наставники, а поэтому игнорировали настойчивый призыв.

У меня вызывал беспокойство и накопитель энергии. В обычной спокойной обстановке он посылал в пространство строго дозированные порции энергии. Сейчас же, когда безмятежность приказала долго жить, расход жизненной силы резко возрос. Её в гораздо большем количестве потребляли стремительно передвигающиеся в пространстве мусаны, мечущиеся в разные стороны новички, но основной расход приходился на возбуждённую массу восставших. Раньше миллионы и миллионы сущностей неподвижно висели в пространстве или лениво и медленно передвигались туда-сюда возле объёмного каркаса с энергетическими клетками. А теперь они целенаправленно двигались, выражали эмоции, обменивались сигналами, что, естественно, требовало гораздо больше энергии. Что касается раменов, то они содержали в себе большие энергетические запасы, но непрекращающиеся разряды постепенно начали сказываться самым негативным образом на энергетике гвардейцев.

Плотная светлая полоса, отступая, достигла середины Гаглиора, а светло-серая масса, неуклонно двигаясь вперёд, накрыла уже половину его площади и перекрыла к ней подачу энергии. Но вторая половина оставалась работоспособной. Из окружающего пространства она впитывала в себя жизненную силу, и величайшее творение Высшего разума продолжало посылать разночастотные сигналы на далёкую Землю. Это меня несколько успокаивало, так как земляне продолжали мыслить, а значит, и жить. На это указывала и активность риузанов. Они, как ни в чём не бывало, деловито сновали туда-сюда и несли в зев накопителя переливающуюся всеми цветами радуги чистейшую энергию, сотканную из эмоций, страстей, желаний, надежд, разочарований, то есть всего того, чем так богато человечество.

Гвардия Высшего разума, поливая энергетическими разрядами наступающих повстанцев, приняла решение больше не отступать, а поэтому интенсивность обстрела резко возросла. Это дало нужный эффект. Яркие сверкающие кольца беспощадно крушили первые ряды восставших. На их смену шли новые, но тут же разлетались в пространстве. Однако светло-серая масса не дрогнула. Она продолжала неуклонно ползти и ползти вперёд, а её общая длина как будто и не уменьшилась. А вот светлая плотная полоса, окольцовывающая Гаглиор, начала понемногу утончаться. Означать это могло только одно – у раменов возникли проблемы с энергетическими запасами. Они катастрофически уменьшаются и скоро закончатся.

И действительно, интенсивный обстрел повстанцев лишь на время сдержал их движение, но не переломил ситуацию. Нематериальная толпа почти выиграла битву с гвардией Высшего разума. Осталось лишь согнать раменов с поверхности Гаглиора и полностью перекрыть ему подачу энергии. И восставшие, осознав эту простую истину, с утроенной силой ринулись вперёд. Однако гвардейцы сдаваться не собирались и продолжили обстрел, но уже не так интенсивно. Да и сверкающие кольца, испускаемые ими, стали не такими яркими и мощными, как прежде. Светлая плотная полоса утончалась всё больше и больше с каждым новым мгновением временной материи. В какой-то момент она распалась на отдельные светлые объёмные образования, и рамены уже индивидуально продолжили генерировать энергетические разряды и посылать их в наступающую нематериальную толпу. Но теперь уже не существовало сплошного яркого кольца, сметающего все на своём пути, и повстанцы тут же воспользовались благоприятной ситуацией. Они устремились в образовавшиеся просветы и начали обтекать раменов со всех сторон, чтобы окружить их, накрыть своей массой и нейтрализовать.

Гвардейцам пришлось выпускать разряды и вперёд, и назад, и в бок. Часть воинственных субстанций взмыла вверх и нависла над раменами. Те, избегая ловушки, рванулись к вершине Гаглиора, сгруппировались в кольцо и продолжили обстрел светло-серой массы. Но неимоверные расходы энергии начали самым плачевным образом сказываться на защитниках гениального творения Высшего разума. Ещё совсем недавно плотные и объёмные светлые образования превратились в тонкие бесцветные нити, испускающие всё более и более слабые разряды. И, наконец, наступил закономерный финал. Гвардейцы своим внешним видом стали походить на тончайшие светлые струйки, едва различимые на фоне бесцветной пустотны. Такие образования уже никому не могли причинить вреда и никого не могли защитить. Они взвились вверх и повисли в пространстве беспомощной, вызывающей сострадание колыхающейся кучкой.

Насчёт сострадания я, конечно, несколько преувеличил, увлёкшись повествованием. Мне и моим единомышленникам уже было не до состраданий и сопереживаний. Нас охватил страх за своё будущее, так как окружающая действительность погибала. Светло-серая масса закрыла Гаглиор на три четверти его площади. В таком положении величайшее творение Высшего разума уже не могло получать энергию в достаточном количестве. Но никакой представитель высших сил перед повстанцами не появился. Никто не собирался вступать с ними в переговоры и выполнять условия. А я подумал, что должны же быть ещё какие-то степени защиты помимо раменов. Не мог Высший разум, создавая своё уникальное творение, ограничиться только гвардейцами. Однако пустота безмолвствовала, и это повергло меня в состояние полного уныния, граничащего с отчаянием.

А Гаглиор обречённо висел в пространстве, безропотно позволяя светло-серой массе лишать его жизненной силы. Но вдруг остающаяся пока ещё свободной часть поверхности приобрела яркий белый цвет. В то же мгновение временной материи я ощутил, как из нашего пространства в Гаглиор потекла энергия. Источник мыслей, попав в критическую ситуацию, начал пополнять свои энергетические запасы. Он всасывал и всасывал в себя чистейшую энергию, пытаясь запастись ею впрок. Прошло несколько мгновений временной материи, и яркий белый цвет потускнел, а затем и вовсе потух. Означать это могло только одно: Гаглиор насытился и пришёл в норму. Он получил большой запас жизненной силы, но тот быстро закончится, и вот тогда наступит конец.

♦ ♦ ♦

Накопитель энергии сразу же восполнил взятую Гаглиором энергию. Наш мир пришёл в норму, которую я охарактеризовал как временную. Кто бы посмел утверждать обратное, когда нематериальная толпа уже почти накрыла всю поверхность величайшего творения Высшего разуму. Оставалась совсем небольшая свободная площадь, и она стремительно уменьшалась. Вот повстанцы сделали последний рывок, и источник мыслей полностью исчез под светло-серой массой. А та, достигнув намеченной цели, начала принимать округлую форму, обволакивая равномерным слоем поверхность Гаглиора. Огромный, переливающийся разными цветами шар оказался надёжно укрытым со всех сторон и потерял всякую связь с пространством. Но он продолжал работать, растрачивая в обычном режиме свои энергетические запасы.

Разночастотные сигналы без всякого труда проходили сквозь сгустки мыслительной энергии и устремлялись к далёкой Земле, чтобы дать людям возможность мыслить. Да, мыслить – и тут вдруг всё моё нематериальное естество пронзила догадка: сигналы, посылаемые Гаглиором, активизируют мыслительную деятельность не только у телесных существ, но и у нас. Если источник мыслей отключится, то не только земляне, но и все мы превратимся в примитивных амёб, лишённых разума. Может это и есть очередная степень защиты величайшего творения Высшего разума. Светло-серая масса, потеряв возможность рассуждать и анализировать, отвалится от поверхности Гаглиора и распадётся на миллионы и миллионы безвольных и ничего не соображающих сущностей. И вот тогда в нашем мире появится представитель высших сил и начнёт наводить порядок. В этом случае под удар попадут все. Наказания избегут только те субстанции, которые сейчас находятся на Земле. Противники же отключения Гаглиора окажутся в аналогичной ситуации с восставшими.

Мне стало неуютно от таких рассуждений. Следовало успокоиться и занять позицию стороннего бесстрастного наблюдателя. Я так и сделал, и начал созерцать окружающий мир как бы со стороны, дистанцировавшись от тех тревожных предположений и домыслов, которые копошились в глубинах моего нематериального естества.

Обозреваемый мною мир после баталии, конечно, изменился, но продолжал выполнять возложенные на него задачи. В той его части, где обитали новички, наставники и мусаны навели относительный порядок. Ничего не помнящих субстанций собрали в одну огромную кучу. Мусаны дежурили у её периметра, не пуская любопытных в другие части пространства. Наставники рассредоточились среди новичков и объясняли им правила, по которым существует вся окружающая их нематериальная действительность.

С Земли вернулась очередная группа посланцев. Прибывшие не примкнули ни к нам, ни к восставшей массе, облепившей Гаглиор. Они скопились возле сине-серого каркаса с энергетическими клетками и пытались разобраться в непонятной для них ситуации, общаясь с теми субстанциями, которые прибыли с голубой планеты в разгар восстания, но не принимали в нём участие. Одновременно с этим мальти деловито выполняли свою работу, отправляя кого-то в Низший мир, а кого-то в скопище новичков.

Никак не повлиял мятеж и на выполнение миссий. Сущности беспрекословно устремлялись в пустоту, получив соответствующий сигнал. Я, правда, заметил, как один посланец, из числа мятежников, попытался оказать сопротивление настойчивому призыву. Он вначале ринулся вверх, но потом замедлил движение и попытался вернуться к своим собратьям. Однако неведомая сила воспрепятствовала этому. Она закрутила бунтаря на месте, превратила его в бешено вращающийся светло-серый сгусток и неуклонно потащила к пустоте. Та покрылась рябью, разошлась и поглотила пытавшегося увильнут от миссии представителя нашего мира.

Я обозрел пространство на всю его глубину и вдалеке заметил раменов. Потрёпанные и деморализованные они медленно напитывались энергией. Но пополнение энергетических запасов шло чрезвычайно медленно. Тонкие и почти неразличимые нити едва-едва начали приобретать объёмные формы. Видимо Высший разум не запрограммировал гвардейцев на быстрое восстановление энергетических ресурсов. Поэтому я не стал их рассматривать как реальную силу, способную вновь оказать противодействие восставшим.

Сами же смутьяны, заварившие всю эту неприглядную кашу, плотной светло-серой массой облепили Гаглиор. Они ждали, когда тот растратит всю энергию, и система даст сбой. Повстанцы надеялись, что в этот самый момент временной материи перед ними появится представитель высших сил и начнёт переговоры. Земляне в таких случаях говорят: «Блажен, кто верует». И действительно, нужно обладать слишком высокой степенью наивности, чтобы ждать каких-то представителей. Никогда Высший разум не будет вступать в переговоры с теми, кого сам и создал. Ему проще перепрограммировать своё детище, устранить ошибки и воссоздать более надёжную и совершенную систему.

♦ ♦ ♦

Временная материя неуклонно текла вперёд, теряясь в вечности, а одновременно с ней утекала и жизненная сила из Гаглиора. О первых признаках сбоя косвенно сообщили риузаны. Их активность замедлилась. Носители энергии стали реже возвращаться из материального мира с очередными порциями энергии. Это могло означать только одно: на Земле в мыслях людей начался разлад. Мыслительная деятельность телесных существ нарушилась, что тут же негативно сказалось на поступлении жизненной силы в накопитель. Но в пространство она поступала прежними порциями, так как резервуар выдавал её ровно столько, сколько расходовалось. Он просто не умел работать по-другому в силу каких-то неизвестных мне причин.

Прошёл сравнительно небольшой отрезок временной материи, и риузаны вообще перестали отправляться на Землю. Эти тонкие, почти неразличимые в пространстве сущности зависли возле накопителя энергии огромной массой, которая по своему объёму в несколько раз превышала светло-серую массу, обволакивающую Гаглиор. Я с ужасом понял, что в материальном мире началась череда трагических событий. Лишённые разума люди потеряли возможность рассуждать логически. Они превратились в примитивных животных и забыли, что такое мораль, стыд, нравственность, сострадание, жалость, помощь ближнему. Человеческим обществом теперь правили только инстинкты, а поэтому на передний план вышли голод и похоть. Даже у обезьян мозгов теперь больше, чем у людей. Я сильно переживал за землян, но настоящий ужас только начинался.

Его первые, почти незаметные ростки проявились в незначительных нарушениях мыслительной деятельности. Мои единомышленники, и я в том числе, стали вести себя заторможено. Пропали быстрота реакции и мгновенная оценка ситуации. Нарушилась концентрация внимания, а обмен сигналами, который раньше осуществлялся молниеносно, теперь проходил медленно и с задержками. Объяснить я мог это только одним: Гаглиор начал всё быстрее и быстрее терять свою жизненную силу, а пополнить её он не мог, так как повстанцы отрезали гениальное творение Высшего разума от напитанного энергией пространства. Вначале недостаток энергетических сил коснулся землян, а теперь настала и наша очередь. Разночастотные сигналы настолько ослабли, что потеряли способность эффективно воздействовать даже на те сгустки мыслительной энергии, которые находились рядом с гениальным творением Высшего разума.

Сбой в работе источника мыслей начал кардинально сказываться на повстанцах. Недавно бурлившая страстями светло-серая масса превратилась в вялую, ничего не желающую и никуда не стремящуюся нематериальную толпу. Она, как толстый слой пены, если провести аналогию с Землёй, застыла на поверхности гигантского шара. Субстанции слились в единый неподвижный организм и у них даже не хватало сообразительности несколько изменить свою тактику. А ведь они могли освободить небольшую часть поверхности Гаглиора, чтобы дать ему возможность подпитаться энергией. В этом случае мыслительная деятельность миллионов и миллионов сущностей восстановилась бы. Но нематериальная толпа уже лишилась возможности мыслить рационально и логично. Всё это напоминало добровольное самоубийство. Причём в омут глупости и самонадеянности попали не только повстанцы, но и те, кто категорически выступал против восстания.

В глубинах моего нематериального естества возникла мысль, что было бы неплохо проверить количество энергии в резервуарах. Без Гаглиора она не играла решающей роли, но всё-таки давала хоть какую-то жизнь окружающему миру. Её потребляли рамены, объём которых заметно увеличился. Мусанам и наставникам тоже требовалась энергия. При этом все перечисленные субстанции никак не зависели от величайшего творения Высшего разума. Они существовали по тем программам, которые в них заложили, но не обладали способностью мыслить. Поэтому работа Гаглиора их никак не касалась, а вот без жизненной силы они бы уже не смогли выполнять поставленные перед ними задачи.

Я шустро метнулся в сторону зева накопителя и с удовлетворением отметил, что заторможенное мышление даже в малой степени не повлияло на скорость перемещения в пространстве. Моё нематериальное естество очень быстро оказалось возле резервуара с тремя емкостями, но лучше бы оно этого не делало, так как даже в угнетённом состоянии испытало отчаяние, граничащее с ужасом. Две ёмкости, обеспечивающие энергией ВЫСШИЙ УРОВЕНЬ, оказались полностью пустыми. Но такая же пустота наблюдалась и в той ёмкости, из которой энергия поступала в наш мир. Получалось, что высшие силы забрали всё, чтобы обеспечить свою жизнедеятельность, а нас бросили на произвол судьбы. Они не погнушались даже теми запасами, которые по праву принадлежали нам. Но это же жестоко и непорядочно – выкачать энергию из нашей ёмкости, прекрасно понимая, какая за этим последует трагедия.

Обратный путь я проделал медленно и вяло. Обозрев окружающий мир, убедился, что пока в нём никаких необратимых процессов не началось. В принципе, субстанции сейчас потребляли минимум энергии. С нарушением умственной деятельности, которая всё больше и больше усугублялась, у них пропало всякое желание двигаться. Это касалось и повстанцев, и паривших рядом со мной единомышленников, и тех, кто кучковался возле каркаса с энергетическими клетками, и новичков. Вот только возле последних кружили мусаны, и их активность мне совсем не понравилась. Не вызывала восторга и деятельность наставников. Они продолжали инструктировать своих подопечных, совсем не замечая, что те уже потеряли способность воспринимать информацию. Но главными потребителями жизненной силы, конечно, являлись рамены. Они всё больше и больше увеличивались в объёме и видимо собирались опять атаковать повстанцев. Но такая атака махом бы съела львиную долю энергии, которая пока ещё в изобилии наполняла пространство.

Однако в своих наблюдениях я не учёл один нюанс. Он вскоре заявил о себе, доказав всю смехотворность моих предыдущих выкладок и предположений. А дело заключалось в том, что накопитель энергии и каркас с энергетическими клетками безвестные конструкторы сделали из спрессованной энергии неизвестного мне вида. При нормальном состоянии пространства эти конструкции чётко выполняли свои функции, а их формы при этом оставались незыблемыми. Но как только уровень живительной силы упал ниже нормы, спрессованная энергия начала медленно и неуклонно расползаться, так как нарушилось сбалансированное противодействие двух видов энергетических сил.

Я узрел начало необратимой трансформации не сразу, так как всё внимание уделял раменам, разбухающим всё больше и больше. Гвардейцы беззастенчиво съедали живительную силу в огромном количестве и напитывались энергетикой. Именно их неуёмное стремление к восстановлению и привело к значительной потере чистейшей энергии. Наш мир слегка поблек, и вот тут я, наконец-то, заметил, что чёткие формы каркаса, набитого энергетическими клетками, начали видоизменяться. Они потекли, как течёт парафин при нагревании, если провести аналогию с Землёй. Конструкция стала расползаться в пространстве, постепенно принимая оптимальную шаровидную форму. То же самое стало происходить и с накопителем энергии. Он тоже пополз, потёк, а его огромный зев превратился в уродливую изломанную дыру, медленно уменьшающуюся в размерах.

Теряющие способность мыслить сущности безразлично восприняли изменения конструкций. Я ничем не отличался от остальных, а поэтому уже почти равнодушно констатировал глобальное разрушение нашего мира. Лишь где-то в глубинах моего нематериального естества слабо шевельнулась обречённая безысходность. А накопитель и каркас всё больше и больше начинали походить на большие энергетические шары. В некоторых энергетических клетках оставались субстанции, и теперь они оказались надёжно закупоренными в изменившей свои формы конструкции. Вырваться наружу посланцы уже не могли, так как их со всех сторон обволакивал инородный вид энергии, через который невозможно было просочиться. Но бедняги с ослабленной мыслительной деятельностью отнеслись к этому абсолютно безучастно.

Живительная сила пыталась вернуть конструкции в исходное состояние, а поэтому её расход ещё больше возрос. Не лучшая ситуация наблюдалась и с Гаглиором. Он стремительно слабел, а вместе с ним последние крохи разума теряли и сгустки мыслительной энергии. И тут активизировались рамены. Моё мутнеющее сознание зафиксировало, как гвардейцы, наконец-то приняв свой обычный вид, ринулись на нематериальную толпу, обволакивающую источник мыслей. Они образовали круг, слились в единую светлую полосу и выпустили в повстанцев, оккупировавших вершину Гаглиора, мощный энергетический разряд. Те стали разлетаться в разные стороны, а остальная светло-серая масса никак не отреагировала на агрессивное действие раменов.

За первым последовал второй разряд, и вершина величайшего творения Высшего разума полностью очистилась от восставших субстанций. Но те, кто ещё мог созерцать и мыслить, не обрадовались, так как Гаглиор не отреагировал на победу радужным всплеском цветов. Его видимая часть имела однотонный тёмно-серый цвет, и он ни на йоту не изменился. Это указывало на то, что источник мыслей тяжело болен и слаб. А рамены продолжали и продолжали посылать разряды. Вот объёмная светлая полоса дошла до середины гигантского шара, немного помедлила и решительно двинулась дальше. Разряды следовали один за другим, поднимая в пространство светло-серые облака. Те сразу же распадались на отдельные субстанции, и вскоре наш мир наполнился хаотически мечущимися сгустками мыслительной энергии. Ринувшиеся к ним мусаны не смогли навести порядок. Они просто затерялись в общем круговороте миллионов и миллионов сущностей.

Рамены выпустили последний разряд и полностью очистили Гаглиор от восставших. В этот раз гвардия Высшего разума потеряла гораздо меньше энергии, чем во время первой баталии, когда повстанцы оказывали активное сопротивление и наступали. Но получивший освобождение когда-то величественный красавец теперь представлял собой жалкое зрелище. Внешне он напоминал спущенный футбольный мяч, если провести аналогию с Землёй. Тот висел в пространстве тёмно-серой массой, и она всё больше и больше темнела. Но гвардейцы никак не отреагировали на трансформацию источника мыслей. Они высвободили его из плена, а поэтому посчитали, что свою задачу выполнили. Плотная светлая полоса распалась на отдельные объёмные образования, и рамены дружной слаженной группой ринулись к пустоте. Но та не приняла их в себя, а, наоборот, отбросили назад как инородный энергетический состав. Пустота для нашего мира превратилась в непробиваемую и прочную, как земная сталь, завесу. Но самое ужасное заключалось в том, что эта стальная завеса начала медленно и неуклонно сжимать наполненное уникальными творениями Высшего разума пространство.

Уже почти ничего не осознавая, я созерцал полное уничтожение окружающей действительности. Всё стало ясно и понятно: пространство, растеряв свою энергию, перестало сопротивляться пустоте, которая всегда пыталась его сжать. При уравновешенных силах пустота вела себя послушно и податливо, но теперь ситуация кардинально изменилась. Загадочное эфирное творение, обретя превосходство, повело себя агрессивно и безжалостно. Теперь оно будет сжимать наш мир до тех пор, пока он не превратится в крошечную точку с энергией, стремящейся к нулю. Но что придёт на смену наполненному жизненной силой пространству?

И тут пришло понимание грядущей замены. Бесцветная пустота покрылась чёрными крошечными пятнышками. Они начали увеличиваться в размерах и вскоре стали похожи на большие чёрные кляксы, если провести аналогию с Землёй. Эти кляксы шевелились, переползали с места на место и неуклонно приближались вместе с пустотой к уникальным творениям Высшего разума. Я без труда узнал фасий – зловещих сущностей Низшего мира. Так вот кто заменит нас в пустоте и на Земле. Моё нематериальное естество, цепляясь за остатки мыслительной деятельности, в последний раз обозрело умирающий мир и само приготовилось к гибели.

♦ ♦ ♦

Автор: Пётр Шакин

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12
13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23