Главная            О проекте            Карта сайта            Обновления            Ссылки

Ораторские приёмы римских военачальников

Когда мы смотрим на статуи выдающихся римских граждан, то видим серьёзные лица и сдержанные позы. Такое сочетание, по мнению древних скульпторов, подчёркивало величие этих людей. В то же время эмоциональное состояние римлян кардинально отличалось от аналогичного состояния современных людей. Можно утверждать, что в Риме яркое выражение эмоций считалось явлением обычным. Этим пользовались политики, которые были хорошими психологами и умели в совершенстве манипулировать людьми.

В Древнем Риме легионеры вовсе не были однородной солдатской массой. Каждый из них был личностью и имел право голоса. Легионы свергали одних императоров и облачали в пурпур других. Они обладали большим политическим весом, и от их симпатий и антипатий часто зависела судьба великой державы.

Военачальник и легионеры

Поэтому если знатный римлянин не умел ладить с легионерами, не мог найти с ними общий язык, то никогда не получал высокую должность. В результате этого большое значение приобрели ораторские приёмы римских военачальников. Высочайшего мастерства в этом деле достиг Гай Юлий Цезарь. Он сочетал в себе хитрого политика и тонкого психолога. Благодаря этому умело манипулировал массами людей и к концу жизни стал единоличным правителем римских земель.

Как уже говорилось, эмоции считались важнейшей составляющей при общении. И военачальники всегда учитывали этот фактор. Конечно, большое значение придавалось отваге и воинской доблести, а поэтому знатные римляне вначале завоёвывали авторитет на поле битвы. Храбрые военачальники пользовались симпатией у легионеров. Но чтобы завоевать всеобщую популярность, необходимо было в совершенстве овладеть ораторскими приёмами.

Особенно ораторское искусство было необходимо в то время, когда легионы начинали выказывать явное неповиновение своим командирам. И как же при этом вели себя военачальники, пытаясь успокоить взбунтовавшихся солдат? Как это ни странно звучит, но чрезвычайно действенным фактором были слёзы.

Грозный полководец, стоя перед легионерами, плакал. Если это не смягчало суровые солдатские сердца, то плач переходил в рыдания. Затем военачальник начинал рвать на себе одежду и выражал готовность броситься на меч.

Так, к примеру, в 87 году до н. э. Корнелия Цинна отстранили от должности консула. Он бледный и дрожащий встал перед легионерами и произнёс речь со слезами на глазах. К концу этой прочувственной речи у многих тоже заблестели глаза от слёз. Но развенчанный консул на этом не успокоился. Он порвал на себе одежду, сошёл с трибуны и упал на землю. Так он лежал до тех пор, пока его не подняли и с почтением вновь не усадили в курульное кресло. Как мы видим, человек, прибегнув к яркому ораторскому приёму, сохранил свою должность.

Рыдания и разрывания одежды использовал и Юлий Цезарь. В 49 году до н. э. после перехода через Рубикон он таким способом призывал солдат к верности. Плакал и Марк Петрей, упрашивая легионеров сохранить верность Помпею. А ведь этот человек отличался поразительной храбростью. Сам Цезарь восхищался им и даже приказал отпустить Петрея после пленения. Однако мужественный воин не посчитал зазорным плакать перед своим подчинёнными.

Военачальники с легионерами

Плутарх, излагая биографию Помпея, описал следующую ситуацию: молодой Помпей принимал участие в походе под командованием своего отца. Во время похода вспыхнул мятеж. Возглавили его воины, которые питали ненависть к полководцу. Молодой Помпей спрятал отца в палатке, выставил охрану, а сам явился к легионерам.

Те собирались уходит из лагеря, но юноша, плача, начал умолять их не покидать отца. Он упал на землю перед лагерными воротами. Лежал, обливаясь слезами, и просил проходивших мимо воинов растоптать его. Эти действия возымели эффект. Многие воины устыдились и вернулись в лагерь. Так Помпей, прекрасно разбираясь в солдатской психологии, заставил легионеров повиноваться.

В полной мере ораторские приёмы римских военачальников использовал Тампий Флавиан, являвшийся наместником Паннонии. Его казни требовали мятежные легионы, и наместник, спасая свою жизнь, рыдал навзрыд, рвал на себе одежду, с мольбой простирал руки к легионерам, лёжа на земле. В конце концов человека помиловали, а ведь он находился на волосок от гибели.

Но бывало так, что и сами солдаты просили прощение со слезами на глазах. Легионеры в эмоционально острых ситуациях не стеснялись выражать свои чувства. Так после гибели обоих Сципионов во время Второй Пунической войны солдаты плакали, бились головой о землю, корили себя и взывали к богам.

Но помимо слёз и стенаний существовали и другие ораторские приёмы римских военачальников. Некоторые полководцы во время мятежей не плакали, а выражали решимость покончить с собой, но не уступить взбунтовавшимся солдатам. Во многих случаях такая готовность полководца здесь и сейчас умереть действовала на бунтарей отрезвляюще.

Подобный ораторский приём использовал Германик. После смерти Августа он приказал солдатам присягнуть на верность Тиберию. Но рейнские легионы взбунтовались и заявили, что хотят видеть императором Германика. Тот ответил, что скорее умрёт, чем нарушит долг верности. Военачальник выхватил меч и хотел пронзить себе грудь, но стоящие рядом центурионы не позволили ему это сделать. В конце концов мятеж сошёл на нет, и Германик уехал в Верхнюю Германию приводить к присяге находящиеся там легионы.

Военачальник убеждает солдат

Однако не всегда готовность командующего умереть приносила успех. Так император Гальба подставил своё горло преторианцам со словами: «Убивайте, если так лучше для римского народа!» Но в данном случае ораторский приём не подействовал. Солдат по имени Камурий нанёс императору смертельный удар в горло.

А в отдельных ситуациях военачальники вообще не прибегали ни к каким ораторским приёмам. Они просто спасались бегством, не надеясь образумить разъярённых легионеров. Так Апоний Сатурнин, являвшийся наместником Верхней Германии, не стал разговаривать с мятежными солдатами. Он спрятался на своей вилле в печи. Его нашли, отрубили голову и выставили её на форуме.

В заключении следует сказать, что римские военачальники предавались плачу публично и не стеснялись этого. В определённых ситуациях римляне не считали рыдания и другие проявления слабости позорными, несовместимыми с мужеством и достоинством. Сам великий оратор Цицерон считал слёзы и рыдания важнейшим элементом ораторского искусства, так как они находили позитивный отклик в душах слушателей.

Леонид Серов